«В дни ко­ро­на­ци­он­ных тор­жеств огла­ша­ет­ся новый закон о пре­сто­ло­на­сле­дии, уста­нав­ли­ва­ю­щий на­сле­до­ва­ние по муж­ской линии по праву пер­во­род­ства. Этот акт укреп­ля­ет по­ло­же­ние ве­ли­ко­го князя-на­след­ни­ка. Точно для того, чтобы раз­жечь в нём жажду вла­сти, им­пе­ра­тор осы­па­ет его по­че­стя­ми. Он на­зна­ча­ет его шефом зна­ме­ни­то­го Семёнов­ско­го полка, ин­спек­то­ром ка­ва­ле­рии, во­ен­ным гу­бер­на­то­ром Пе­тер­бур­га, пред­се­да­те­лем во­ен­но­го де­пар­та­мен­та. Мо­ло­дой че­ло­век, до­воль­ный по­лу­ча­е­мы­ми от­ли­чи­я­ми, мало-по­ма­лу за­бы­ва­ет о своей мечте уда­лить­ся от мира и вме­сте с женой по­се­лить­ся в каком-ни­будь уединённом угол­ке Швей­ца­рии или Гер­ма­нии.

Не­ко­то­рые но­во­вве­де­ния им­пе­ра­то­ра вы­зы­ва­ют его одоб­ре­ние. Ему ка­жет­ся, что взо­шла заря спра­вед­ли­во­сти: отец ре­ор­га­ни­зу­ет Сенат, создаёт за­па­сы про­ви­ан­та на слу­чай не­уро­жай­ных лет, предо­став­ля­ет суб­си­дии пред­при­ни­ма­те­лям, за­пре­ща­ет ввоз пред­ме­тов рос­ко­ши, ос­но­вы­ва­ет Выс­шую ме­ди­цин­скую школу, издаёт указ, со­глас­но ко­то­ро­му кре­стья­не яв­ля­ют­ся не соб­ствен­но­стью по­ме­щи­ков, а «при­креплёнными к земле кре­пост­ны­ми», что, впро­чем, ни­сколь­ко не ко­леб­лет самый прин­цип кре­пост­ной за­ви­си­мо­сти, огра­ни­чи­ва­ет бар­щи­ну тремя днями в не­де­лю, за­пре­ща­ет по­ме­щи­кам при­нуж­дать кре­стьян ра­бо­тать по вос­крес­ным дням, сни­жа­ет цену на соль и, на­ко­нец, при­ка­зы­ва­ет при­бить к двери двор­ца поч­то­вый ящик, куда каж­дый под­дан­ный может опу­стить про­ше­ние или жа­ло­бу. Ключ от ящика царь хра­нит у себя. Он рас­счи­ты­ва­ет по­черп­нуть не­ма­ло све­де­ний о том, что тво­рит­ся в стра­не, из этой ин­тим­ной пе­ре­пис­ки со своей им­пе­ри­ей. Но не про­хо­дит и года, как его по­сти­га­ет разо­ча­ро­ва­ние, и он велит снять ящик: слиш­ком много оскор­би­тель­ных паск­ви­лей, са­ти­ри­че­ских пам­фле­тов и ка­ри­ка­тур бро­са­ли туда еже­днев­но».

«В дни ко­ро­на­ци­он­ных тор­жеств огла­ша­ет­ся новый закон о пре­сто­ло­на­сле­дии, уста­нав­ли­ва­ю­щий на­сле­до­ва­ние по муж­ской линии по праву пер­во­род­ства. Этот акт укреп­ля­ет по­ло­же­ние ве­ли­ко­го князя-на­след­ни­ка. Точно для того, чтобы раз­жечь в нём жажду вла­сти, им­пе­ра­тор осы­па­ет его по­че­стя­ми. Он на­зна­ча­ет его шефом зна­ме­ни­то­го Семёнов­ско­го полка, ин­спек­то­ром ка­ва­ле­рии, во­ен­ным гу­бер­на­то­ром Пе­тер­бур­га, пред­се­да­те­лем во­ен­но­го де­пар­та­мен­та. Мо­ло­дой че­ло­век, до­воль­ный по­лу­ча­е­мы­ми от­ли­чи­я­ми, мало-по­ма­лу за­бы­ва­ет о своей мечте уда­лить­ся от мира и вме­сте с женой по­се­лить­ся в каком-ни­будь уединённом угол­ке Швей­ца­рии или Гер­ма­нии.

Не­ко­то­рые но­во­вве­де­ния им­пе­ра­то­ра вы­зы­ва­ют его одоб­ре­ние. Ему ка­жет­ся, что взо­шла заря спра­вед­ли­во­сти: отец ре­ор­га­ни­зу­ет Сенат, создаёт за­па­сы про­ви­ан­та на слу­чай не­уро­жай­ных лет, предо­став­ля­ет суб­си­дии пред­при­ни­ма­те­лям, за­пре­ща­ет ввоз пред­ме­тов рос­ко­ши, ос­но­вы­ва­ет Выс­шую ме­ди­цин­скую школу, издаёт указ, со­глас­но ко­то­ро­му кре­стья­не яв­ля­ют­ся не соб­ствен­но­стью по­ме­щи­ков, а «при­креплёнными к земле кре­пост­ны­ми», что, впро­чем, ни­сколь­ко не ко­леб­лет самый прин­цип кре­пост­ной за­ви­си­мо­сти, огра­ни­чи­ва­ет бар­щи­ну тремя днями в не­де­лю, за­пре­ща­ет по­ме­щи­кам при­нуж­дать кре­стьян ра­бо­тать по вос­крес­ным дням, сни­жа­ет цену на соль и, на­ко­нец, при­ка­зы­ва­ет при­бить к двери двор­ца поч­то­вый ящик, куда каж­дый под­дан­ный может опу­стить про­ше­ние или жа­ло­бу. Ключ от ящика царь хра­нит у себя. Он рас­счи­ты­ва­ет по­черп­нуть не­ма­ло све­де­ний о том, что тво­рит­ся в стра­не, из этой ин­тим­ной пе­ре­пис­ки со своей им­пе­ри­ей. Но не про­хо­дит и года, как его по­сти­га­ет разо­ча­ро­ва­ние, и он велит снять ящик: слиш­ком много оскор­би­тель­ных паск­ви­лей, са­ти­ри­че­ских пам­фле­тов и ка­ри­ка­тур бро­са­ли туда еже­днев­но».

«В дни ко­ро­на­ци­он­ных тор­жеств огла­ша­ет­ся новый закон о пре­сто­ло­на­сле­дии, уста­нав­ли­ва­ю­щий на­сле­до­ва­ние по муж­ской линии по праву пер­во­род­ства. Этот акт укреп­ля­ет по­ло­же­ние ве­ли­ко­го князя-на­след­ни­ка. Точно для того, чтобы раз­жечь в нём жажду вла­сти, им­пе­ра­тор осы­па­ет его по­че­стя­ми. Он на­зна­ча­ет его шефом зна­ме­ни­то­го Семёнов­ско­го полка, ин­спек­то­ром ка­ва­ле­рии, во­ен­ным гу­бер­на­то­ром Пе­тер­бур­га, пред­се­да­те­лем во­ен­но­го де­пар­та­мен­та. Мо­ло­дой че­ло­век, до­воль­ный по­лу­ча­е­мы­ми от­ли­чи­я­ми, мало-по­ма­лу за­бы­ва­ет о своей мечте уда­лить­ся от мира и вме­сте с женой по­се­лить­ся в каком-ни­будь уединённом угол­ке Швей­ца­рии или Гер­ма­нии.

Не­ко­то­рые но­во­вве­де­ния им­пе­ра­то­ра вы­зы­ва­ют его одоб­ре­ние. Ему ка­жет­ся, что взо­шла заря спра­вед­ли­во­сти: отец ре­ор­га­ни­зу­ет Сенат, создаёт за­па­сы про­ви­ан­та на слу­чай не­уро­жай­ных лет, предо­став­ля­ет суб­си­дии пред­при­ни­ма­те­лям, за­пре­ща­ет ввоз пред­ме­тов рос­ко­ши, ос­но­вы­ва­ет Выс­шую ме­ди­цин­скую школу, издаёт указ, со­глас­но ко­то­ро­му кре­стья­не яв­ля­ют­ся не соб­ствен­но­стью по­ме­щи­ков, а «при­креплёнными к земле кре­пост­ны­ми», что, впро­чем, ни­сколь­ко не ко­леб­лет самый прин­цип кре­пост­ной за­ви­си­мо­сти, огра­ни­чи­ва­ет бар­щи­ну тремя днями в не­де­лю, за­пре­ща­ет по­ме­щи­кам при­нуж­дать кре­стьян ра­бо­тать по вос­крес­ным дням, сни­жа­ет цену на соль и, на­ко­нец, при­ка­зы­ва­ет при­бить к двери двор­ца поч­то­вый ящик, куда каж­дый под­дан­ный может опу­стить про­ше­ние или жа­ло­бу. Ключ от ящика царь хра­нит у себя. Он рас­счи­ты­ва­ет по­черп­нуть не­ма­ло све­де­ний о том, что тво­рит­ся в стра­не, из этой ин­тим­ной пе­ре­пис­ки со своей им­пе­ри­ей. Но не про­хо­дит и года, как его по­сти­га­ет разо­ча­ро­ва­ние, и он велит снять ящик: слиш­ком много оскор­би­тель­ных паск­ви­лей, са­ти­ри­че­ских пам­фле­тов и ка­ри­ка­тур бро­са­ли туда еже­днев­но».